vera_time (vera_time) wrote,
vera_time
vera_time

Category:

Туринск

Очень интересная статья про Туринск.
Кто бы мог подумать, что с этим городом связаны не только имена ссыльных декабристов и Ермака, но еще и Робинзон Крузо, Д.И. Менделеев, Жорес Алферов, Маргарита Терехова (актриса), Александр Грин, Н.А. Некрасов, Евгений Онегин и многие другие.
Привожу в сокращении, а полностью и с картинками - по ссылке.
http://mkt1996.ru/index.php?catid=16&id=66:turinsk&Itemid=0&option=com_content&view=article

Путешествие в Туринск

Сражение Ермака у Епанчин-юрта
...
Уже в наше время при впадении речки Ялынки в Туру, где прежде стоял Епанчин-юрт, ребятишки во время купания случайно обнаружили древнюю Ермакову пушку-пищаль. Ныне она представлена в Туринском историко-краеведческом музее. Рядом с местом сражения на Туре есть остров. Говорят, что намыт он как раз на том месте, где во время битвы затонул один из стругов Ермака.

А. С. Пушкин и Епанча
По словам поэта Е. Баратынского, в 1826 году А. С. Пушкин задумал новую поэму о Ермаке и его легендарном походе. ...По разным причинам работу пришлось отложить, но в 1835 году поэт вновь решил приступить к сбору материалов. В это время Пушкин обратился к своему хорошему знакомому Владимиру Соломирскому, который находился в ссылке в Тобольске как раз из-за предполагаемой дуэли с Пушкиным по причине амурных дел. В это время переписка между Пушкиным и Соломирским вновь возобновилась: поэт предложил своему скучающему в ссылке приятелю заняться сбором историй и легенд о ермаковом походе, поездить и побывать на месте древних сражений. Судя по письмам, Соломирский побывал в Туринске и Усениново, на месте сражения под Епанчин-юртом, передал Пушкину увиденное и услышанное, выслал работы историка Словцова, где описывалось сражение Ермака с Епанчой. Говорят, со слов Соломирского Пушкин нашел образ смелого и отчаянного Епанчи достойным персонажем своей будущей поэмы и планировал сделать его одним из главных героев первой части «Ермака», который так и не вышел из-под пера поэта.

Епанчин-юрт и В. И. Суриков
В мае 1891 года в Туринске с целью сбора материалов для картины «Покорение Сибири Ермаком» побывал художник В. И. Суриков. ...Говорят, по приезду Суриков нашел кое-что любопытное в местном архиве, в частности о своем пращуре Илье Сурикове, ермаковом десятнике, который был ранен во время сражения в левое плечо. Местные жители поведали ему о героизме Ильи, который своим примером во время боя вдохновлял других казаков, положил многих неприятелей. Рассказывают, что после этого Суриков решил обязательно использовать образ своего предка в картине «Покорение Сибири Ермаком».
Чирков уговорил уроженца Усениново Лачимова свозить художника на ратное поле. Возле Усенинова Лачимов показал Сурикову тот самый крутояр, с которого Епанча наблюдал за ходом битвы, берег, с которого начали наступление на неприятеля Ермаковы казаки. По рассказам, затем Василий Иванович сделал несколько эскизов и зарисовок местной природы, которые впоследствии вероятно использовал в своей картине. Сам Суриков в своей записной книжке, что хранится в отделе рукописей Третьяковской галереи, оставил запись: «По Туре этюды делал в картину «Ермака». Вероятно, здесь же в Усениново или в самом Туринске Суриков делал зарисовки остяков или вогулов, их одежды, вооружения, лодок, которые потом использовал для изображения представителей неприятельского войска в своей картине «Покорение Сибири Ермаком». По крайней мере, одна такая зарисовка «Портрет остяка» с подписью «г. Туринск» известна в Третьяковской галерее.

Туринский острог
После того, как вдоль Туры была проложена дорога, связавшая центральную Россию с Сибирью, на Туре, между Верхотурьем и Тюменью, для защиты этой дороги и заселения вдоль нее крестьян, решено было основать Туринский острог. Поставлен острог был в 1600 году тюменским письменным головою Ф. Яновым, который стал первым туринским воеводой. Срублен был острог у современной улицы Советской, где находится городская администрация и улицы Кирова, до реки Туры, у ее слияния с рекой Ялынкой.
Вообще, воеводами в Туринске чаще всего становились, либо, поднявшись из низов, в качестве награжденных за какие-то заслуги, либо, упав с политического Олимпа, в качестве опальных вельмож. Одним из первых «счастливчиков» стал пристав Тушин. При царе Борисе Годунове, когда Романовы были в опале, он охранял в деревне Ныробка в качестве узника Михаила Никитича Романова, дядю Михаила Федоровича, который в 1613 году стал русским царем. По преданию, Михаил Никитич обладал могучим здоровьем, и потому, несмотря на все попытки стражников уморить его голодом и холодом, он оказался необыкновенно живуч. Рассказывают, что местные жители пытались подкармливать вельможу, подбрасывая ему трубочки ягеля с молоком, закупоренные хлебными катышками. Несколько ныробских крестьян, говорят, за это поплатились, оказавшись в казанской тюрьме. Тогда, по рассказам, пристав Тушин, начальник охраны, в августе 1602 года собственноручно задушил Михаила Романова. Позднее за «усердную службу» он был назначен Борисом Годуновым воеводой в Туринск.

Аркебуза Шекспира. Воевода Иван Никитич Годунов
При Борисе Годунове между Россией и Англией развивались дружеские отношения. В 1600 году в Лондон прибывает русский посол Григорий Микулин.
Очень желал пообщаться с Микулиным молодой модный английский драматург Уильям Шекспир. Так граф Генри Ризли Саутгемптон рассказал русскому послу о своем подопечном. После этого состоялась многочасовая продолжительная беседа, Шекспир живо интересовался жизнью в неизведанной России, восхищался всем русским.
Говорят, что на память о встрече Микулин подарил что-то драматургу, Шекспир не знал о такой традиции, не приготовил подарка и был этим чрезвычайно сконфужен. Позднее он решил исправиться и передал через графа Лестера на память Микулину свою аркебузу (ручное огнестрельное оружие), с которой в молодости любил охотиться.
В 1601 году русский посол отбыл на Родину, поселился в своем родном Ярославле, где шекспировская аркебуза напоминала ему о днях, проведенных в Англии. По преданию, однажды через два – три года к нему заехал приятель Иван Никитич Годунов, родственник царя и его стольник. Заговорили про Англию, Микулин показал гостю шекспировский подарок. Годунов и пристал, словно пиявка: «Продай, за ценой не постою». Долго сопротивлялся Микулин, но отказать высокопоставленному гостю не смог.
Вскоре после смерти Бориса Годунова Иван Никитич впал в немилость, как и все Годуновы. Ему еще повезло: Лжедмитрий I в 1605 году отправил его в почетную ссылку воеводой в далекий и опасный Туринск. Здесь аркебуза Шекспира Годунову пригодилась: постоянно шли с войной кучумовы внуки, совершали набеги кочевники из южных степей. Говорят, не один раз спасала воеводе жизнь аркебуза. Четыре неспокойных года провел Годунов в Туринске, лишь в 1609 году царь Василий Шуйский вернул его в центральную Россию.

Данила Милославский самый известный Туринский воевода
Данила Иванович Милославский, стоявший в Туринске на воеводстве с 1619 по 1622 год, был родоначальником фамилии, сыгравшей в XVII столетии в России одну из самых главных ролей. В 1648 году его внучка Мария Милославская, как преувеличивали недоброжелатели, до того торговавшая на базаре саморучно собранными грибами из-за бедности, становится женой царя Алексея Михайловича. Через десять дней на второй его внучке Анне женится Борис Морозов, главный советник царя в первые годы его правления. Говорят, что Морозов подстроил царскую свадьбу, чтобы через Анну породниться с царем, но в то же самое время не позволить новым царским родственникам по жене оттеснить его, Морозова, с первых ролей в государстве по причине их относительной безродности. Вскоре после Московского бунта Морозов все же уступает свою роль первого человека при царе сыну бывшего Туринского воеводы Илье Милославскому, который сохраняет свои позиции до 1669 года. В конце столетия клан Милославских, во главе которого стояла царевна Софья, сцепился с кланом второй жены Алексея Михайловича Нарышкиными, во главе которых встал молодой Петр I. В результате Милославские проиграли. После этого начался закат фамилии.

Царевна Софья, правнучка Данилы Милославского
В Туринске отец будущего главы русского правительства и дедушка будущей царицы прославился тем, что очень любил деньги. При этом совершенно неважны были пути их добывания. Говорят, не было ни одного серьезного обоза из России в Сибирь или обратно, который он не пытался так или иначе обобрать. Кроме того, Данила Милославский прослыл человеком вспыльчивым, мелочным, грубым и своевольным. К примеру, когда однажды в Туринске остановился первый архиепископ Тобольский и Сибирский Киприан, то Милославский, важничая, не встретил его должным образом. А когда Киприан назначил в местный Покровский монастырь священника Макария и двух монахов с ним, то воевода пускать в обитель их не велел, топал ногами, плевался и обругал архиепископа самыми обидными словами, сказав, что он здесь сам царь и Бог.

Воевода Василий Трегубов
Некоторые Туринские воеводы главной целью своего воеводства ставили личное обогащение. За всю историю Туринска трудно найти равного по этой части воеводе Василию Трегубову, который отличался большой изобретательностью и смекалкой по части опустошения чужих карманов. Особенно страдали проезжавшие из России в Сибирь или обратно обозы. О Трегубове слагали легенды, заехать в Туринск боялись и радовались окончанию знакомства с городом. Туринский воевода умудрялся вытягивать средства даже у государевых людей, не говоря о частных персонах.
Однажды в 1663 году по пути из Сибири в Москву в Туринске остановился отряд служилых людей, перевозивший для царя пушнину. Во главе отряда стояли сын боярский Иван Ерастов и знаменитый мореплаватель, первооткрыватель пролива между Азией и Америкой Семен Дежнев. Воевода не предоставил для обоза транспорт до Верхотурья, как того требовала подорожная грамота, начал намекать на взятку. Не получив ожидаемого, Трегубов стал придираться к грамоте, говорил, что она поддельная, воровская, крепко ругался, начал предъявлять претензии к качеству упаковки: подбитые ящики, подмоченные мешки, что все это вселяет большие сомнения в компетентности казаков, что продукт государственной важности вряд ли может сохраниться до Москвы при таких нерадивых исполнителях. Долго выслушивал объяснения Дежнева и Ерастова, что при столь длительном пути не может быть все гладко. После дебатов все же выделил для отряда старое судно, на котором до Верхотурья было явно не дотянуть. Когда же выяснилось, что судно не пригодно для плавания, затянул ремонт: плотник был постоянно пьяным, строительные материалы не везли. В результате после многодневных ожиданий и грубых прений Дежневу с Ерастовым пришлось раскошелиться, чтобы получить надежное судно и продолжить путь на Верхотурье.
Но бывало, и коса находила на камень. В том же 1663 году из сибирской ссылки в Москву через Туринск возвращался легендарный руководитель русского раскола протопоп Аввакум. В городе он начал яркую пропаганду своих идей, обличая нечестивую жизнь воеводы, называя его брюхатым. Чтобы избежать нехороших последствий Трегубов дал Аввакуму пять рублей, провизию и надежный транспорт для продолжения пути в сторону Верхотурья.
Как бы то ни было, но, в конце концов, за взяточничество и мздоимство Трегубова сняли с должности и отозвали в Москву.

Иван Андреевич Панаев. Панаевы. Поэт Некрасов
Примером хорошего воеводы был Иван Андреевич Панаев, долгое время сидевший на воеводстве в Туринске во второй половине XVIII века. По преданию, дворянский род Панаевых происходил от новгородцев Паналимоновых, переселенных Иваном Грозным в восточную Россию. По словам современников, Иван Андреевич отличался справедливыми решениями в разрешении конфликтов горожан, много сил отдал на благоустройство города, строительство каменных храмов, в том числе Спасской церкви, сохранившейся до наших дней. В 1779 году его стараниями в монастыре вместо деревянного храма была заложена каменная Вознесенская церковь.
В 1753 году у воеводы родился сын Иван, который все свое детство провел в Туринске, здесь окончил училище для мальчиков, а, став взрослым, по протекции тобольского губернатора отправился в Петербург делать карьеру. Через год он уже адъютант у генерала Румянцева. Вскоре женится на племяннице поэта Г. Р. Державина, заводит дружбу с драматургом Я. Б. Княжниным, просветителем Н. И. Новиковым. Последнему оказывает большую помощь в распространении его антикрепостнических произведений, отправленному в ссылку А. Н. Радищеву помогает деньгами. В Туринске он становится владельцем первой на Урале бумажной фабрики.
Один из его сыновей Владимир Иванович Панаев женился на дочери казанского вице-губернатора и сумел сделать блестящую карьеру, став в 1832 году начальником канцелярии Императорского двора с правом личного доклада Николаю I. В Туринске ему приходилось бывать часто, так как он являлся владельцем бумажной фабрики. Здесь Владимир Иванович не раз встречался со своим другом И. И. Пущиным. Более всего этот Панаев прославился как поэт-сентименталист, пожалуй, самый известный в России. Его идиллии нравились Державину, в отличие от А. С. Пушкина, который жестко критиковал Панаева за его слащавую сентиментальность, «как будто не Панаев писал, а его разлюбезный камердинер». В своих стихах «Русскому Геснеру» Пушкин намекает на Панаева, последователя европейского сочинителя идиллий Соломона Геснера.
Самым же знаменитым среди Панаевых был правнук туринского воеводы, племянник Владимира Ивановича, Иван Иванович Панаев, который после дяди стал владельцем Туринской бумажной фабрики. Вместе с Н. А. Некрасовым с благословения Белинского он решил возобновить пушкинский «Современник». В 1847 году вышел первый номер нового журнала, который на многие годы стал самым популярным отечественным изданием, главными редакторами и издателями которого были под номером один – И. И. Панаев, а под номером два – поэт Некрасов. Панаев в «Современнике» был первым, потому что печатался журнал на туринской бумаге, Туринская фабрика являлась основным для издания источником средств.
Первое время из-за отсутствия должного досмотра поступление средств из Туринска было недостаточным и постоянно уменьшалось. Именно потому, по некоторым сведениям, в 1850 году в Туринск поехал Н. А. Некрасов, отличавшийся в сравнении с Панаевым большей жесткостью и деловитостью. На фабрике поэт отстранил от управления родственницу Панаева, поставив нового управляющего, перед тем посоветовавшись по кандидатуре с местными заводчиками, начал замену оборудования, навел порядок в бухгалтерии. Во время пребывания в Туринске Некрасов побывал на могиле Ивашевых, осмотрел дома Басаргина и Ивашева, встретился с декабристом Бригеном.
Панаев и Некрасов жили в одной квартире в Петербурге на Литейном, выпускали один журнал и никак не могли поделить между собой одну женщину – Авдотью Панаеву, русскую Жорж Санд. Восемь лет она была женой Панаева, все эти годы за ней ухаживал большой специалист по женскому полу Н. А. Некрасов. Говорят, Панаев был гораздо более скучным, чем шумный и бойкий Некрасов, картежник, ловелас и любитель компаний. Именно потому Авдотья Панаева, бросив мужа, остается жить в этой же квартире, но уже с другим мужчиной. Хорошие отношения ее с Панаевым сохраняются, тот тоскует, 15 лет ждет возвращения своей любимой, но харизматичный Некрасов не оставляет ему шансов. В 1862 году Панаев тяжело заболевает и умирает на руках своей бывшей жены с надеждой, что они снова будут вместе и уедут в деревню, подальше от Некрасова.

«Сибирская темница»
На протяжении всей истории Российской империи Туринск прославился как город, с которого начиналась «сибирская темница», место, выбранное государством для ссылки неугодных ему людей. С легкой руки императора Александра II самый западный город Сибири нередко именовали как «место, не столь отдаленное от столицы». На окраине города было выстроено огромное здание сибирской пересыльной каторжной тюрьмы. Через нее проследовало в Сибирь тысячи знатных и малоизвестных изгнанников. Те, что оставались в Туринске, селились недалеко от нее в качестве квартирантов в домах местных жителей либо, очень редко, в собственных домах, если имели на то разрешение и материальную возможность. На том месте, где когда-то находилось здание пересыльной тюрьмы, уже в наше время был установлен памятный знак (в центре города, рядом с центральной библиотекой, которая находится по адресу Ленина, 33).

Первый туринский ссыльный и Робинзон Крузо
По преданию, первым туринским ссыльным был князь Петр Пронский. В 1617 году во время войны с Польшей, будучи вяземским воеводой, князь проявил малодушие и бежал из города, когда к нему приблизились войска короля Владислава IV. За это царь Михаил Федорович ссылает Пронского в Туринск, куда князь прибывает в начале 1618 года, и где более двадцати лет ждет освобождения. В ссылке князь духовно возмужал. Говорят, что к нему тайно приезжал сын, который уговаривал отца на побег, но тот ответил отказом.

Через сто лет Даниэль Дефо пишет «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо», плохо известные современному читателю. В этой повести самый знаменитый в мире путешественник после возвращения с необитаемого острова отправляется в путешествие по странам и континентам. Из Китая Робинзон едет через всю Россию в Архангельск. Для того чтобы описать эту часть путешествия Крузо, Дефо изучает Россию, в первую очередь загадочную Сибирь. Очевидно, во время этих изысканий писатель узнает о судьбе Пронского. В письме к другу Роберту Гарлею Даниэль Дефо пишет: «Мне кажется опальный князь Пронский как пример нравственного «очищения» благородством окружающей природы мог бы стать приятным собеседником моему Робинзону».

Так князь Пронский становится прототипом опального царского министра, находящегося в ссылке в Тобольске, в разговорах с которым Робинзон проводит долгих восемь месяцев (по представлениям англичан того времени такие суровые в наших краях зимы). Так как на улице из-за холода нет никакой возможности находиться, Робинзон с Пронским философствуют, попивая за разговорами водочку, смешанную с водой, а в торжественных случаях – мед. Через эти разговоры Дефо доносит до читателя свои взгляды на смысл человеческого бытия. Беседы туринского ссыльного с Робинзоном Крузо занимают едва ли не десятую часть «Дальнейших приключений». Перед отъездом Крузо друзья обмениваются подарками, Робинзон предлагает ссыльному содействие в побеге в Европу. Пронский думает и, в конце концов, просит организовать побег не себе, а сыну, молодому опальному вельможе. Робинзон отправляется в путь. По ночам останавливается в Туринске, Верхотурье, других русских городах. Сын Пронского ночует в палатке за пределами городских стен, а днем в пути выдает себя за управляющего, который сопровождает караван Робинзона.

Николай Шевелев. Рукописи Моцарта
В 1881 году в туринскую ссылку попал известный русский революционер Николай Шевелев, один из лидеров русских революционеров середины XIX века, друг А. Герцена, спонсор легендарного «Колокола». Более всего прославился он в качестве участника Парижской Коммуны 1871 года, где руководил обороной форта Ванв, был начальником порохового завода, снабжавшего коммунаров боеприпасами. После разгрома Коммуны был схвачен и вскоре передан русским властям. Затем Шевелев долгие годы находился в тюрьме, подорвал здоровье и с чахоткой был доставлен в Туринск, доживать свои последние дни.
Здесь он поселился в маленьком домишке вблизи пересыльной тюрьмы, затем снял квартиру в двухэтажном доме по улице Кучугуровской. Рассказывают, что больной и умирающий в обычное время, он вдруг становился стройным и сильным с горящими глазами, когда речь касалась близких его сердцу истин. В феврале 1885 года он мужественно встретил свою смерть в местной больнице, где за ним ухаживала молодая женщина, будто бы без памяти влюбившаяся в уже совсем дряхлого революционера. Шевелева отпели в Покровской церкви и похоронили в левой части туринского кладбища, где хоронили ссыльных. С годами могила Шевелева заросла и затерялась на туринском кладбище и сегодня ее местонахождение неизвестно.
По одному туринскому преданию, в могилу Шевелева свели рукописи Моцарта. Содержание бумаг великого композитора до сих пор не известно, но версии очень интригующие и любопытные. Точно известно одно, что после смерти Моцарта, все, кто обладал этими рукописями, заканчивали трагично. Самой первой последовала смерть злосчастного Сальери, затем австрийский император Леопольд, архиепископы Вены и Зальцбурга, директор берлинской школы… Бумаги путешествуют по Европе, находя все новых жертв, оказываются в Париже. Здесь в дни Коммуны во время обыска их находят в доме одного аристократа. Бумаги попадают к коммунару Шевелеву. Вместе с ним они путешествуют и оказываются в Туринске. Здесь у революционера вдруг резко прогрессирует болезнь, которая сводит его в могилу. Бумаги Моцарта попадают к купцу Чиркову, который однажды во время масленицы падает с саней и случайно стреляет себе в бок из пистолета. Вскоре купец умирает. Во время Гражданской войны белогвардейский полковник Касагранди выпрашивает рукописи у сестер Чиркова и, взяв бумаги, отступает с Белой армией в сторону Дальнего Востока. Во Владивостоке он уже готовится к отплытию в США, где за хорошую цену мечтает продать рукописи Моцарта. Но перед самым отправлением парохода полковника находят мертвым в гостинице. Саквояж с ценными бумагами бесследно исчезает, возможно, навсегда.

Капитан Немо в Туринской ссылке
После разгрома польского восстания 1863 – 1864 годов за независимость Польши от России, в Туринске образовалась целая колония ссыльных польских повстанцев, более 50 человек. Говорят, события в Польше подвели писателя Жюля Верна к идее романа «20 тысяч лье под водой». Рассказывают, что по первоначальному замыслу капитан «Наутилуса» Немо – поляк, чьи дочери изнасилованы, жена зарублена топором, отец умер под кнутом, а друзья гниют в Сибири. Он мстит русскому правительству и всюду топит его корабли. Но в дальнейшем от конкретной привязке к политическим событиям пришлось отказаться, чтобы не обострять отношения Франции и России, из-за чего роман могли запретить. В окончательном варианте Немо становится символом борьбы против всякой тирании со стороны наций-завоевателей. Но, как бы то ни было, существует мнение, которое основано на переписке Жюля Верна с его издателем Этцелем, что собирательный образ капитана Немо был списан с образов Туринских ссыльных поляков Н. Подревского, К. Кадчинского, С. Германа и других.

Александр Грин
Побывал в Туринске в качестве ссыльного известный писатель, автор знаменитой повести «Алые паруса», Александр Грин. В мае 1906 года он был выслан в город на Туре на 4 года за антиправительственную деятельность и принадлежность к партии эсеров. Но пробыл в ссылке Грин в отличие от большинства других ссыльных недолго, то ли через день пребывания в городе, то ли через три ему удалось совершить удачный побег, так что все попытки полиции выследить его оказались тщетными.
По рассказам, о побеге Грин сговорился с двумя анархистами и одним эсером еще по дороге из Тобольска. Оказавшись в Туринске, Грин устроился жить в одном стареньком крестьянском доме недалеко от пересыльной тюрьмы. По преданию, далее он встретился с исправником, предложив ему обмыть свой приезд и получше познакомиться. Исправник перед дармовой водкой устоять не смог и назначил пьянку на вечер. Пили за доблестных стражей порядка, за царя-батюшку, за дружбу, потом, как часто бывает, пошли песни, начались объятья и поцелуи. В результате исправник и полицейские уснули в стельку пьяные, а Грин с несколькими ссыльными бежали из Туринска. Из всех беглецов от погони сумел уйти один Грин. По одной версии, он добирался до железной дороги сухим путем по проселочным дорогам. По другому рассказу, Грин заранее купил в туринской деревне Бор лодку, на которой после побега проплыл вниз по Туре до Тюмени и далее продолжил свой путь в центральную Россию на поезде.
Говорят, этот сюжет из своей жизни в будущем Грин использовал при написании рассказа «Сто верст по реке», по которому уже в наше время был снят одноименный фильм. Кроме того, есть мнение, что события туринского побега использовались писателем в рассказах «Зимняя сказка», «Кирпич и музыка», «Остров Рено», «Ли».
Tags: интересно
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • "Рисуй и слушай!"

    Минутка саморекламы. У дочки в институте по какому-то предмету нужно придумать и создать продукт и собрать деньги на его выпуск. Разделили…

  • Куда деть хорошие книги

    Разбираюсь сейчас в шкафах. Есть много книг, которые просто замечательные, но их никто не будет читать. В основном, детские. И в отличном состоянии.…

  • Марафон Джедайских техник

    Когда в организм попадает слишком много работы, он начинает вырабатывать антидела :) Прохожу сейчас марафон Джедайских техник от Максима Дорофеева.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments